Безлюдье в низовьях Косьвы

Таким образом, мы проехали мимо Плесо, Крутиковой, Красной, Собольково, Плаксиной и Боровской деревень, а там вдруг и поселков не стало. Едем версту за верстой – ни одной избушки. Понизи все глаже и глаже, тальник у воды гуще и гуще. Косьва все ширится, делая самые прихотливые извилины по ровному месту, а жилья нет!
– Куда народ делся?
– Нет тут народу... Пустынь пошла. И в песне про нее поется: «мати зеленая пустынь».
– Да ведь Кама близка.
467
– Оттого и сельбища нет, что Кама близка. Теперь все деревни да села по правую ее сторону, а сюда – река разливается очень широко. Всякое жительство снесет. Здесь жить нельзя. Безлюдье полное. Тоска охватывает. Горы ушли далеко; теперь и силуэтов их не видать на дальнем плане... Все одна гладь без перерыву. Плывем час, другой, третий...

Немирович-Данченко В.И. Кама и Урал: очерки и впечатления. СПб.: Тип. А. С. Суворина, 1890. С.467

К полному тексту

<< к предыдущей точке | к следующей точке >>