Дом Пастернака. К 290-летию Перми
Пишите, звоните


Фонд «Юрятин».
614990, г. Пермь,

ул. Букирева, 15, каб. 11

Тел.: +7 (342) 239-66-21


Дом Пастернака

(филиал Пермского краевого музея)

Пермский край,

пос. Всеволодо-Вильва,

ул. Свободы, 47.

Тел.: (34 274) 6-35-08.

Андрей Николаевич Ожиганов, 

заведующий филиалом музея —

Домом Пастернака:

+7 922 32 81 081 


Как добраться, где остановиться


По вопросам размещения

в гостинице в пос. Карьер-Известняк

(2 км от Всеволодо-Вильвы)

звоните: +7 912 987 06 55

(Руслан Волик)



По вопросам организации экскурсий

из Перми обращайтесь по телефонам:

+7 902 83 600 37 (Елена)

+7 902 83 999 86 (Иван)

e-mail


По вопросам организации экскурсий

по Дому Пастернака во Всеволодо-Вильве

обращайтесь по телефону:

+7 922 35 66 257

(Татьяна Ивановна Пастаногова,

научный сотрудник музейного комплекса)



Дом Пастернака

на facebook 


You need to upgrade your Flash Player This is replaced by the Flash content. Place your alternate content here and users without the Flash plugin or with Javascript turned off will see this.

К 290-летию Перми


Открытие г. Перми и Пермской губернии. (Из рассказа очевидца)

А.Г. Кашин


Вопрос о дате основания города Перми считается решенным – это 15 мая 1723 года, когда состоялась закладка Егошихинского медеплавильного завода. Однако для жителей губернского города очевидно было, что торжественное открытие Перми состоялось 18 октября 1781 года. Осенью 1881 года пермская общественность широко праздновала столетие губернского центра.

Обстоятельства основания и открытия губернского города Перми тщательнейшим образом собраны и описаны одним из самых известных пермских историков 19 века – Александром Дмитриевым. «Очерки по истории города Перми», вышедшие в 1889 году, до сих пор остаются самым цитируемым источником по изучению двух первых веков пермской хроники. Большим преимуществом этого исследования, добавившим ему популярности, послужило использование материалов пермской периодики и, в частности, воспоминаний очевидцев. Одной из таких живых страниц дмитриевских очерков стало комментированное воспроизведение воспоминаний А.Г.Кашина[i] об открытии города Перми, опубликованных «Пермскими губернскими ведомостями» в 1864 году[ii]. Впрочем, А.А.Дмитриев был не первым, кто обратил внимания на эту публикацию. Извлек ее из обширных архивов «Пермских губернских ведомостей» другой мэтр пермского краеведения Д.Д.Смышляев. Он выборочно пересказал текст воспоминаний в своей статье 1885 года «Из прошлого. О старых временах и людях».

Подобное внимание вполне закономерно: воспоминания наполнены живыми деталями, которые, как правило, не попадают в летописные хроники. Ни одна из цитируемых тем же Дмитриевым летописей не говорила о том, что вместе с казанским губернатором князем П.С. Мещерским[iii] выбирать место для Перми ездили соликамские депутаты – чиновники и старожилы, с которыми Мещерский «держал совет». Или о том, что эти самые депутаты самолично рубили лес и таскали камни во время первой пермской экспедиции будущего губернатора Кашкина на Егошихинский завод летом 1780-го года, когда посреди векового леса были прорублены первые пермские улицы. Или о том факте, что уезжал Кашкин из Перми с отчетом в Санкт-Петербург по только что проложенному оханскому тракту. Обаяние этих подробностей - в их непосредственной демократичности и органичном патриотизме. Дело в том, что к моменту публикации воспоминаний уже бытовало нелицеприятное для Перми мнение об административной заданности города, его несоответствия высокому статусу столицы губернии. Достаточно вспомнить беспощадные слова П.И.Мельникова-Печерского из «Дорожных записок» 1838 года: «Отчего же Пермь основана? Оттого, что место, на котором она построена, понравилось казанскому губернатору князю Мещерскому. Нужно было образовать главный город наместничества — и основали Пермь, которая есть не что иное, как колония правительства. Других побудительных причин к основанию Перми не было, да и быть не могло». Подчеркивая заинтересованное участие в деле основании города старожилов, воспоминания Кашина раз и навсегда отвечают всем недоброжелателям, которые назовут Пермь административным измышлением.

Так или иначе, совершенно очевидно, что публикация Кашина сыграла важнейшую роль в формировании локальной памяти: именно этот текст лег в основу представлений пермяков о том, что происходило накануне и во время открытия губернского города Перми. Поскольку текст этих воспоминаний, хоть и разошелся на цитаты, никогда не воспроизводился полностью, мы посчитали, что такая публикация послужит исторической справедливости, а также ублажению ума и воображения пытливого читателя.

Е.Г. Власова



В царствование императрицы Екатерины II был возбужден вопрос об основании губернских учреждений. Правда, этот вопрос был не новый: еще Петр Великий, желая ввести более определенные и однообразные формы управления (в чем он следовал системе французской централизации, которую тогда брали за образец немецкие державы), вместо прежнего областного деления, сложившегося в течении нескольких веков и потому довольного запутанного, разделил Россию на 12 губерний, которые в свою очередь разделились на провинции. При императрице Екатерине II централизация государства сделала гораздо большие успехи, и этим успехам особенно благоприятствовало «учреждение губерний», которым Екатерина II докончила дело Петра I. При общем учреждении губерний правительственное внимание, в порядке вещей, обращено было и на здешний обширный край, который по справедливости многие писатели называли не иначе как золотым дном. Нужно было в здешнем крае избрать место для резиденции губернаторской и епархиальной власти, место, которое бы возможно полнее соответствовало административным (на промышленные и естественные условия, при основании городов, в то время мало обращалось внимания) целям учреждения губернского города.

Для исследования местности, 1778 императрица Екатерина II повелела казанскому губернатору, князю Платону Степановичу Мещерскому отправиться в Соликамск, который, заметим мимоходом, в то время еще не потерял своей громкой славы. Того же года августа 28 дня Мещерский прибыл в Соликамск[iv], где воеводой тогда был Николай Григорьевич Арбузов. Местность Соликамска осмотрена и снята на план. Вскоре, для той же надобности, Мещерский отправился по другим городам – в Чердынь, Кнугур, Обвинск и посетил при этом некоторые более или менее населенные места здешнего края. Путешествуя таким образом не торопясь, Мещерский случайно или как бы то ни было обратил особенное внимание на местность Егошихинского медеплавильного завода, принадлежавшего тогда нескольким владельцам и между ними графу Воронцову. Здесь на горе, значительно возвышающейся над берегом Камы, почти одиноко красовалась церковь с приделом во имя Св. апостолов Петра и Павла.

Заметим, что Мещерский путешествовал с большой свитой, в которой находилось несколько чиновных лиц и соликамских старожилов: последние избраны были воеводой, по распоряжению Мещерского, в качестве депутатов. В числе этих депутатов находился и мой дед Яков Афанасьевич Кашин. Для показания истины, депутаты были приводимы к присяге при каждом осмотре той или другой местности. Князь и воевода держали с ними совет, и давали им свои исследования и предположения, изложенные на бумаге, для рукоприкладства. По возвращении Мещерского со свитой в Соликамск в том же году были собраны тягельцы и все богатые общественники. Здесь в общем собрании шла продолжительная речь о новом наместничестве или губернии. На чем порешили тогда дело – положительно не известно.

В мае 1780 года приехал в Соликамск для устроения наместничества генерал-поручик Евгений Петрович Кашкин, определенный в должность пермского генерал-губернатора следующим высочайшим указом: «Предполагая в будущем 1781 году устроить пермское наместничество по образу, в учреждениях наших 7 ноября 1775 года предназначенному, повелеваем нашему генерал-поручику Евгению Кашкину, определенному в должность генерал-губернатора пермского, объехать места, назначенные к составлению сего наместничества и по данном от нас примерному росписанию удобность разделения его на две области – Пермскую и Екатеринбургскую и оных на уезды на месте освидетельствовать; как о сем, так равно и какие вновь города для приписания к ним уездов назначить нужно будет – нам самолично представить» (Полн. собр. зак. Рос. имп. Том XX, № 15, 013).

Немедля из Соликамска Кашкин с выбранными из соликамских старожилов отправился в Егошихинский завод. Он остановился в заводском доме на горе у церкви Св. Петра и Павла, где жил управитель и была заводская контора. К деревянным зданиям наскоро сделали пристрои. Несколько домов начали строить вновь. В то время селение заводских мастеровых находилось около Разгуляя, сохранившего и до сих пор свое название, и простиралось до старого кладбища. Место же, где раскинулась Пермь в настоящую пору, включительно с местностью, так называемой Слудкой, было покрыто вековым лесом, представлявшим неистощимый материал для заводского употребления. Сначала в этом лесу сделали просеки для дорог в Сибирь на Кунгур и в Казань – на Оханск. Таким образом вековой лес начал мало-помалу редеть. Там и здесь появлялись дома и домики. Не остались без дела и те самые лица, которые избраны из соликамских старожилов для сопутствования Кашкину: они носили камень, возили лес. В постройках проведено все лето 1780 года. Этим летом по спроектированному плану, между прочим, был выстроен большой двухэтажный дом для губернатора. Дом этот выстроен с флигелями, службами, птичником и зверинцем – в параллель с заводским домом, боковою стороною на площади к церкви. На другой стороне площади, недалеко от церкви, была выстроена гауптвахта. Под горою, на низменном плоском месте, был базар, с деревянными лавками и лавочками, похожими на нынешние будки. Эти лавки или будки окружали существующую до сих пор каменную часовню, построенную неизвестно когда и кем. Заводские здания тянулись в логу по речке, где и теперь находятся остатки плотин, скоплявших некогда воду для завода.

Устроивши все, что было возможно на первый раз, генерал-губернатор Кашкин отправился осенью в С.-Петербург по вновь проложенному тракту на Оханск. Вскоре, 26 ноября 1780 года, последовал высочайший указ о назначении места для учреждения губернского города Пермского наместничества и о наименовании оного Пермью. В указе значилось: «уважая выгодность положения Егошихинского завода и способность места сего для учреждения в нем губернского города, мы повелеваем нашему действительному статскому советнику князю Вяземскому согласиться с владельцами того завода об уступке оного в казну, кои весьма не малый на нем долг имеет, …. Как и от некоторых в том заводе участников объявлено уже полное на то согласие; то мы чрез сие предписываем вам город губернский для Пермского наместничества назначить в сем месте, наименовав оный город Пермь; и вследствие того в нем основать уже все строения на первое время, и особливо при случае открытия управления по учреждениям нашим нужны будут для помещения присутственных мест». В исходе 1780 года генерал-губернатор Кашкин из С.-Петербурга возвратился уже не в завод Егошихинский, но в губернский город Пермь, состоявший из нескольких десятков домов. С ним приехал гражданский губернатор генерал-майор Иван Варфоломеевич Ламб. Явилась также большая свита чиновников для занятия должностных мест в губернском и уездном управлении. Все новые дома заняты были приезжими чиновниками.

27 января 1781 года последовал высочайший указ Правительствующему Сенату об учреждении Пермского наместничества из двух областей Пермской и Екатеринбургской, с разделением оных на уезды, следующего содержания: «Всемилостивейше повелеваем нашему генерал-поручику, правящему должность генерал-губернатора Пермского и Тобольского, Кашкину по изданным от нас в день 7 ноября 1775 года учреждениям дял управления губерний империи нашей, в будущем октябре сего года равномерно исполнить и в Пермской губернии, составя сие новое наместничество в рассуждении пространства его из двух областей или провинций, т.е. пермской и екатеринбургской, в числе 16-ти уездов, из коих к первой принадлежать будут: Пермский, Кунгурский, Соликамский, Чердынский, Обвинский, Оханский, Осинский и Красноуфимский; а к екатеринбургской – уезды: Екатеринбургский, Челябинский, Шадринский, Долматовский, Камышловский, Ирбитский, Верхотурский и Алапаевский; вследствие чего в тех местах, по коим названы уезды, учредить города, а в прочем назначение границ сего наместничества с прикосновенными ему предоставляем на соглашение генерал-губернаторов, правящих ту должность, и губернаторов, о котором, как и о числе душ, сколько куда приписано или к другим отчислено будет, имеют они донести нашему сенату».

Между тем новый город более и более обстраивался. Выстроены были помещения для присутственных мест. 18 октября 1781 года положено торжественно отпраздновать открытие губернского города. Накануне этого дня в роскошно освещенной внутри и снаружи Петропавловской церкви отправлено вечернее богослужение. На случай вызван был из Соликамска хор певчих, в котором находился и мой родитель Григорий Кашин, обучавшийся грамоте в Соликамске и частной школе богатого промышленника Турчанинова. Хор этот пробыл в Перми целый год. 18 числа утром, во время благовеста к обедне, торжественно внесены были в церковь особо назначенными чиновниками зерцала для присутственных мест и освящены окроплением св. воды. Вслед за сим, после провозглашения многолетия государыне императрице и всему царствующему дому, началась литургия, которую совершал местный протоиерей с сельским духовенством, собранным из окрестных сел. По окончании литургии, с крестным ходом вышли на площадь у церкви, где совершено было молебствие с коленопреклонением и особым водосвятием. После того священная процессия обошла вокруг новых жилищ и направилась в наместнический дом. Здесь, по совершении молитвы и окропления жилища св. водой, генерал-губернатор пред портретом государыни императрицы Екатерины II говорил длинную речь, в которой, обращаясь к губернатору и чиновникам, изложил всю важность и необходимость строго исполнения обязанностей, возлагаемых государыней и законом. Зерцала, стоявшие перед портретом государыни, были подняты каждое тремя чиновниками, и как только были вынесены на улицу, для отправлениях их в наместническое или губернское правление, в сопровождении наместника, губернатора и всех чиновников, - раздался гром пушек и колокольный звон. Стечение народа при этом было огромное. Множество народа собралось из окрестных селений; многие приглашены из городов как депутаты. Когда зерцала принесены в наместническое правление, то, по совершении молебства, губернатор Ламб говорил речь. Отсюда каждое зерцало, с воинскою командою, при колокольном звоне и пальбе из пушек теми же чиновниками отправлено в свое место. Крестный ход возвратился в церковь. Наместник, приняв поздравление с открытием города Перми, пригласил всех к столу. Стол для чиновников приготовлен был в палатах, а для простолюдинов на площади. Вечером Петропавловская церковь, дома наместника и губернатора, присутственные места и частные дома, набережная, часовня – иллюминованы плошками. Среди площади красовалась прозрачная картина императрицы, великолепно освещенная плошками. На горе, близ церковного алтаря, было пущено более тысячи ракет. На берегу реки Камы горели смоляные бочки. Пальба из пушек не прекращалась. В 10 часов в доме наместника открыт бал, на который приглашены все чиновники, бывшие в Перми. На торжественном бале все гости-мужчины явились в мундирах, в огромных напудренных париках или с заплетенными косами, в востроносых сапогах поверх голенищами. Дамы – с длинными позади шлейфами и с башмаках с высокими каблуками. В числе гостей были граф Александр Сергеевич Строганов, барон Александр Никитич Строганов; они жили в своем деревянном доме на берег Камы. На другой день был такой же обед и бал у губернатора. На третий – у Строгановых. Для народа во все эти дни было выставлено несколько бочек вина.

Подготовка текста и примечания – З.С. Антипина



[i] Кашин Александр Григорьевич (1808–1874) — купец, краевед. Занимался добычей полезных ископаемых и торговлей. По завещанию весь свой капитал оставил Пермскому Марьинскому банку и церквям. В 1856 – 1865 годах опубликовал в «Пермских губернских ведомостях» и отдельными брошюрами материалы об открытии города Перми и Пермской губернии, пребывании в Перми императора Александра Павловича, пермском пожаре 1842 года (Е.Н. Шумилов).

[ii] Пермские губернские ведомости. 1864. 17 апр. С. 2-3.

[iii] Платон Степанович Мещерский (1713-1799) — опытный администратор екатерининской эпохи. В 1780-1781 годах принимал непосредственное участие в создании, кроме Пермской, Симбирской, Пензенской, Вятской и Казанской губерний.

[iv] Вот как описано то же событие в Соликамской летописи: «1778: Августа на 26 число в Соликамск прибыл Казанский губернатор сиятельнейший князь Платон Стефанович Мещерский, и в Чердынь ездил чрез трои сутки (в бытность воеводы Николая Григорьевича Арбузова), стоял у Турчанинова в доме; в проезде усмотря положением места, Ягошихинский завод с селением, и по рекомендации ныне определено быть городу губернии Пермской, где и наместничество состоит» (Соликамская летопись // Пермские губернские ведомости. 1884. 18 февр. С. 4).

вернуться в каталог