Дом Пастернака. ПИСАТЕЛИ О ПЕРМИ: литературные публикации 18-19 вв.
Пишите, звоните


Фонд «Юрятин».
614990, г. Пермь,

ул. Букирева, 15, каб. 11

Тел.: +7 (342) 239-66-21


Дом Пастернака

(филиал Пермского краевого музея)

Пермский край,

пос. Всеволодо-Вильва,

ул. Свободы, 47.

Тел.: (34 274) 6-35-08.

Андрей Николаевич Ожиганов, 

заведующий филиалом музея —

Домом Пастернака:

+7 922 32 81 081 


Как добраться, где остановиться


По вопросам размещения

в гостинице в пос. Карьер-Известняк

(2 км от Всеволодо-Вильвы)

звоните: +7 912 987 06 55

(Руслан Волик)



По вопросам организации экскурсий

из Перми обращайтесь по телефонам:

+7 902 83 600 37 (Елена)

+7 902 83 999 86 (Иван)

e-mail


По вопросам организации экскурсий

по Дому Пастернака во Всеволодо-Вильве

обращайтесь по телефону:

+7 922 35 66 257

(Татьяна Ивановна Пастаногова,

научный сотрудник музейного комплекса)



Дом Пастернака

на facebook 


You need to upgrade your Flash Player This is replaced by the Flash content. Place your alternate content here and users without the Flash plugin or with Javascript turned off will see this.

ПИСАТЕЛИ О ПЕРМИ: литературные публикации 18-19 вв.


Решетников Ф.М. Глухие места: Из дорожных заметок

Решетников Ф.М. Глухие места: Из дорожных заметок // В Парме. Пермь, 1988. С.130-135.



Перемены в Р. [Перми] я никакой не заметил с тех пор, как я его оставил [июль 1863 г.]: те же поломанные перила, тянущиеся по спуску, те же дома, те же старые деревянные тротуары; только загон (гулянье на берегу реки) немного изменился: деревья общипаны, земля гладко выметена платьями, устроены лавки, кафе-ресторан; на фонарных столбах красуются объявления, напечатанные в двух типографиях, об отплытии пароходов, о фотографиях и даже эрмитаже; красуются афиши, до половины содранные.
В загоне пусто. Тихо; ничто не щелкнет, никто не пикнет, только пароходная труба, выпуская пары, шумит.

...В городе есть библиотека; за чтение в ней за один раз платят десять копеек серебром. Читаю объявление - чиновники такой-то палаты отдали свои книги в эту библиотеку. А раньше мне писали, что у чиновников этой палаты взяли книги в пользу этой библиотеки. Вхожу; библиотекарь знакомый, поздоровался с улыбкой, с улыбкою спросил меня, зачем я приехал, с улыбкой показывал мне шкафы...

На большом столе разложены почти все журналы и газеты, шкафы полны книгами.

- ...У нас в библиотеке теперь до 5 тысяч томов... Читают почти все.

Потом он повел меня в другие комнаты, принадлежащие, как говорил мне библиотекарь, статистическому комитету, в котором помещается и библиотека; там, в шкафах, лежали минералы и сельскохозяйственные произведения...

Осмотрел библиотеку; старых, ни для кого не нужных книг до 4500. По губернским ведомостям значится, что средним числом из библиотеки берут книги в день 35 мужчин и 2 женщины. Но библиотекарь не знает, из каких сословий больше читающих. В зале библиотеки двое чиновников выдают книги и газеты и занимаются делами по статистическому комитету.

В этот день был большой праздник, и вечером в загоне назначено гулянье. Прихожу к загону; на перилах фонари висят; в дверях стоят полицейские и какие-то приказчики. В загоне гуляют; пять человек музыкантов играют польки, кадрили.

Не пускают. Билет на вход стоит 20 копеек. Купил. Попадается приятель.

- Что это у вас за праздник?
- Начальник новый приехал, так уж кстати, верно...

Приятель жаловался на скуку: «Мы, - говорит он, - рады не рады, что начальству вздумалось утешить нас; так у нас три раза в неделю здесь музыка играет; фейерверки бывают. Ну, и соберемся, поглядим друг на друга, и начальство с нами ходит, а случается, и папиросы от нас раскуривает; подойдет эдак ко мне и скажет: «Братец! Дайте, пожалуйста, закурить. «Цивилизация!»

Около будки балаган. В нем аллегри. В объявлении сказано, что такой-то, с дозволения начальства, за то, что он пожертвовал детскому приюту 50 руб., открыл на лето аллегри; цена билетам 1 р., 50 к. и 25 к....

Заиграли горнисты; музыканты скрылись. Барыни и барышни точно павы плавают, важничают, обметая землю; городские франты идут за ними, а попадаясь навстречу, рисуются; барышни делают глазки; остальной чиновный люд ходит так себе, или сидит, или стоит, разговаривая о чиновниках. Дамы разговаривают о дамах...

Начинает темнеть. В загоне давка, душно от табаку, потому что нет ветра. По реке тихо плывет пароход: в нем танцует аристократия, на нем играет музыка. Все смотрят на пароход; всем делается скучно: пароход точно смеется над ними и заворачивает... Вошел в кафе-ресторан - битком набит. Рюмка водки стоит 8 к.; показалось дорого - ушел.

- Город наш, несмотря на то, что он стоит на бойком месте, нисколько не подвигается вперед. Если же что и печатают о просвещении в губернских ведомостях, так это вздор, только потешаются господа. Посмотри ты, сколько теперь сделалось фальшивых людей, срам! Болтают, модничают - и черт их знает, как они ведут себя. И должности им дают хорошие, а денег нет, от дела бегают...

В первом часу публики в загоне было немного: это были женихи и невесты...

Утром на другой день я попросил родственницу сходить в казначейство, разменять двадцатипятирублевую. Мне не хотелось самому идти, для того, чтобы меня не узнали. Родственница воротилась и сказала: «Казначей не меняет; он меняет только знакомым...»

Прихожу в казначейство; чиновники сразу узнали меня и обступили.

- А! Описывать? описывать на нас приехал! - говорили со всех сторон...

Я заключил, что если я еще неделю проживу в Р, то мне покою не будет от старых знакомых: они рады своему товарищу, приехавшему из столицы; закидают просьбами, запоят - и все-таки будут думать, что я подослан, опасный для них человек.

вернуться в каталог