Дом Пастернака. ПИСАТЕЛИ О ПЕРМИ: литературные публикации 18-19 вв.
Пишите, звоните


Фонд «Юрятин».
614990, г. Пермь,

ул. Букирева, 15, каб. 11

Тел.: +7 (342) 239-66-21


Дом Пастернака

(филиал Пермского краевого музея)

Пермский край,

пос. Всеволодо-Вильва,

ул. Свободы, 47.

Тел.: (34 274) 6-35-08.

Андрей Николаевич Ожиганов, 

заведующий филиалом музея —

Домом Пастернака:

+7 922 32 81 081 


Как добраться, где остановиться


По вопросам размещения

в гостинице в пос. Карьер-Известняк

(2 км от Всеволодо-Вильвы)

звоните: +7 912 987 06 55

(Руслан Волик)



По вопросам организации экскурсий

из Перми обращайтесь по телефонам:

+7 902 83 600 37 (Елена)

+7 902 83 999 86 (Иван)

e-mail


По вопросам организации экскурсий

по Дому Пастернака во Всеволодо-Вильве

обращайтесь по телефону:

+7 922 35 66 257

(Татьяна Ивановна Пастаногова,

научный сотрудник музейного комплекса)



Дом Пастернака

на facebook 


You need to upgrade your Flash Player This is replaced by the Flash content. Place your alternate content here and users without the Flash plugin or with Javascript turned off will see this.

ПИСАТЕЛИ О ПЕРМИ: литературные публикации 18-19 вв.


Даль В.И. Замечания о башкирцах // Журнал Министерства внутренних дел. 1834. Ч. 13. № 8. С. 293-313.


Стр. 293

Земли, занимаемые башкирцами, принадлежат к прекраснейшим и богатейшим; природа наделила их своими дарами с избытком: горы, непроходимые леса, множество больших и малых рек, ручьев и озер, тучные пажити и, наконец, несметные сокровище подземных богатств – золото и платина, рассыпанные почти на самой поверхности земли. Если прибавить, что башкирцы владеют сими землями с полным правом собственности, то надобно признаться, что им ничего не остаётся более желать в этом отношении; земли

(*) Статья сея извлечена из 5-го № Dorpater Jahrbucher 1854 г.

Стр. 294

сии разделяются на кантоны, волости, юрты и, наконец, деревни; вообще считается 12 кантонов, из коих каждый имеет своего старосту, подчиненному местному губернскому начальству.

Уральская линия, служащая рубежом сим землям, составляет разительную противоположность с внутренностью башкирских земель; от Звериноголовска до Гурьева ни чего не найдете, кроме пустынь и степей.

Климат Башкирии вообще весьма здоров, хотя лето довольно коротко, а зима несколько сурова и продолжительна. На линии бесконечные пустыни делают климат неприятным: там лето до невероятности жарко, а зима холоднее петербургской. Нередко термометр целые недели стоит на отметке -20º -25º Реом. и часто опускается ниже -30. Когда ртуть в термометре стоит выше 20º, то всегда должно ожидать сильного урагана или бурана, который стоит жизни каждый раз многим. Знойное лето превращает сей ветер в Сирокко, и тогда от пыли и жара нет никакой возможности укрыться; во внутренности же земель

Стр. 295

бедствие сие совершенно не известно. Весна едва продолжается две недели; но зато прелестная сухая прохладная осень продолжительна.

Трудно решить к какому азиатскому племени принадлежат Башкирцы, они магометане, ссуниты, говорят по-татарски, сами себя называют Башкур, бреют голову, носят высокую остроконечную шапку, одеваются в платье, похожую на халат, подпоясываясь кушаком или ремнем; оружие их состоит из пики, лука и у зажиточных сабли; но огнестрельное оружие между ними составляет редкость. История о башкирцах повествует весьма мало, и то только со времени покорения их скипетру Иоанна Грозного; что же было до сего времени? – после сохранились предания, что башкирцы происходят от бурят (обитающих ныне около Иркутска), что предки их, теснимые южными народами, двинулись на северо-запад и там поселились. Выговор башкирцев походит на монгольский и потому общее мнение есть то, что башкирцы суть потомки нагайцев, но веровании – что они турецко-монгольского

Стр. 296

происхождения и как в физическом, так и в психологическом отношении составляют середину между финнами и турками. Большая часть азиатских народов башкирцев называют иштиак и думают об их происхождении так: нагайцы, живя в юго-восточной России, часто делали набеги на северо-восточных соседей своих: вогулов и остяков, брали их в неволю, обращали в исламизм и селили их на своих землях. Далее нагайцы, увидев невозможность бороться с могуществом России, большей частью удалились в среднюю Азию, где, оставшись, и начали называться башка-юрт (отдельная толпа), из чего впоследствии произошло слово башкур. Другие же полагают, что нагайцы непоследовавших за ними единоплеменников своих называли баш-уру (ворами, негодяями); но трудно согласиться, что какой-либо народ называл себя бранным именем, данным его другим народом. Некоторые производят башкирцев от древних венгерцев (маджаров). Еще большее разноречие встретим, если согласимся с путе-

Стр. 297

шественниками, кои за 600 лет нашли около уральских гор землю Baskatyrsa или Baskirdia. Вообще о башкирцах существуют многие более или менее вероятные мнения.

Рычков рассказывает, что башкирцы, кочевавшие на восток от Уральских гор, были данниками сибирских владетелей, а жившие на западе - казанских владельцев, горные же башкирцы принадлежали нагайцам; что они были побеждены султаном Акназаром; но как сей обложил их данью и во многом ограничил, то вскоре башкирцы свергли с себя иго сие. По мнению же других они искали покровительство у сибирских и вообще разных степных народов, а в 1556 г. добровольно покорились царю Иоанну Васильевичу. Грозный предоставил в полное их распоряжение земли, на коих они жили, но сие имело неблагоприятное последствие – беспрестанные споры о границах до ныне продолжающиеся. Пользуясь покровительством России, имея земли более, нежели сколько нужно, башкирцы,

Стр. 298

под известными условиями стали принимать к себе выходцев, большей частью идолопоклонников финского племени, а отчасти и турецких магометан, которые поселились таким образом, платили им оброк, а сами башкирцы небольшую дань обязаны были доставлять в Казань. Не оброк маловажный, составлявший в деньгах и кожах, но дальняя дорога сея для башкирцев тягостна. Иногда от казны они получали безденежно соль из самых солеварен пермских (каменная Елецкая еще не была тогда известна). Но 1754 года прекратилась безденежная выдача соли башкирцам; с тем вместе уменьшена их подать.

Отдаленность Казани от Урала и беспрерывные разбойничьи набеги из степи заставили башкирцев просить построить в земле их укрепления. И город Уфа, так называемый от реки сего имени, ныне губернский, основанный в 1574 году боярином Нагим часто принимал в стены свои теснимых башкирцев. Дотоле, пока владельцы сибир-

Стр. 299

ские(*) Аблай и Тевкей не были разбиты, взяты в плен и привезены в Москву. Тогда башкирцы были разделены по 4 главным дорогам от Уфы: на сибирских, казанских, оссинских и нагайских – и стали снова наслаждаться спокойствием. Вскоре потом, почувствовав силы свои, они стали часто волноваться и даже три раза произвели весьма значительные бунты. Первый – под предводительством Сеита в 1676 году: башкирцы соединились с наследственными врагами своими – киргизами и около трех лет производили грабежи и разбои. Для усмирения их послан был из Москвы Зеленин с стрельцами и казаками; башкирцы покорились и получили прощения. Причину второго восстания, 1707 год, разгоревшегося под начальством Алдаря и Куссюма полагают в самовольных поступках посланного в Уфу Сергеева. Российское войско под начальством князя Хованского прекратило сей бунт еще в 1708 году. И хотя он был не продолжительным, но зато больше все-

(*) По Рычкову сибирские, но не киргизские ли они?

Стр. 300

общим, нежели предыдущий и последующие, ибо в нем принимали участие: татары, черемисы, мещеряки и другие. Впрочем башкирцы были вторично прощены. Третий и последний продолжался почти 6 лет. И последствия его были весьма значительны. Поводом к нему было повеление Кирилову в 1734 году. При устьи р. Ори* построить город Оренбург, сколько вследствие просьбы Киргиз-Кайсаков, кочевавших по ту сторону Яика, которые с ханом своим Абульхаиром поддались России, столько и для того, чтобы башкирцев отделить от степных народов и обезопасить с той стороны границы. Акай, сын упомянутого Куссюма, и Килмяк явились начальниками башкирцев, и решились воспрепятствовать исполнению сих распоряжений.

Кирилов к месту своего назначения прибыл с небольшим отрядом; он хотя прежде и был извещен о имеющем произойти возмущении и даже формально получил объявление башкирцев, что они не желают иметь

(*) Впадающей в Урал

Стр. 301

крепости на р. Ори; но представив двору замыслы сии ничтожными, продолжал свой путь, и, наконец, не без труда достиг Ори и Яика в 1735 году, положив основание Оренбургу. Двое из бунтовщиков были схвачены, и в Сакмарске казнены. Однако ж бунт все больше и больше становился общим; почему и был послан туда для усмирения казанский наместник с войском. Казалось, что цель была достигнута – спокойствие восстановлено; - но в то самое время, когда приводили к присяге на подданство башкирцев, живших на Нагайской дороге, единоплеменники их, обитавшие по Сибирской дороге, напали на русский отряд с провиантом и перебили расставленных по квартирам солдат, за что виновная в сем деревня Сейонтус была совершенно истреблена. Однако ж, бунт возрастал с каждым днем и если в одном месте утихал, то с большей силою обнаруживался в другом. Нужды в войске увеличились до чрезвычайности, сотни солдат замерзали на дороге; мужественный, но не осторожный Кирилов,

Стр. 302

верный слуга Петра I, скончался прежде окончания бунта; преемником ему назначен Татищев. Приближение нового войска устрашило башкирцев, некоторые из их начальников были схвачены, тысячи их сдались на милость и, таким образом, вторично казалось, что все успокоилось; но вдруг возгорелся новый мятеж.

В Башкирию явился Абуль – хайр, владевший меньшой киргиз-казачьей ордой, признававшей уже над собою власть России, уговаривая башкирцев признать властелином своим сына его и в сем случае обещал именовать государыни милость. Большого труда стоило удалить Абуль – хайра из Башкирии. Надлежало прибегнуть к новым мерам, и вскоре обнародована была прокламация, коею всем начальникам племени предписывалось в течение следующей зимы явиться для оправдания, под опасением в случае ослушания строжайшего наказания. Прежняя линия от Самары на Волге через Гугуруслан и Мензелинск, как излишняя, уничтожена, а войска переведены на новую Оренбургскую линию. Зимою действительно явились некоторые начальники башкирцев в

Стр. 303

доказательство подданства своего; другие письменно испрашивали прощения, иные же продолжали разбои и грабежи. Татищев в 1739 году сменен князем Урусовым; за сем следовали новые прокламации, казни, контрибуции и новые беспокойства, для прекращения коих посылаемы были новые войска. Наконец народ тысячами стали являться с покорною головою в города, и, заплатив подать, возвращались уже успокоенными с охранными грамотами.

Во время сего бунта погибло около 50 т. человек, пленные женщины и дети разделены были между войнами, и шестьсот девяносто шесть деревень разорены. Между тем, башкирские старейшины Карасакал, выдавший себя за кубанского князя, бежал в степь и под именем сына(*), владельца Зюнгарии, Кунтайша, производил там беспорядки, победил кайсаков и при посредстве китайцев (зюнгарцев) проследовал их до стен Оренбурга, где остановлен был русским правительством. Глав-

(*) Брата Зюнгарского владельца Гальдан Цырена Левшин. Опис. кир.каз. орд.Т.П. С. 144, прим. редак.

Стр.304

ный город на линии перенесен тогда же на другое место, ниже по Яику; прежний же Оренбург переименовал в крепость Орскую. Урусов скончался, постройка по причине несогласия строивших остановилась. Генерал Соймонов, бывший посол Урусова, сменен Неплюевым (в 1742 году), оказавшим большую услугу Оренбургу. Место, вновь избранное для Оренбурга, он нашел неудобным, и 17 апреля 1742 года перенес сей город на третье и последнее место, еще ближе к Яику, недалеко от устьев Самары – в степь. При его содействии башкирцы и мещеряки внесли по 25 копеек со двора или кибишки (за что опять дано им право получать в Оренбурге соль и даже илецкую). Кроме того, обязались по требованию выставлять войско для службы на линии. В 1754 году безденежная выдача соли башкирцам прекращена, зато они были освобождены от всех повинностей, отправляемых натурою; на их попечение возложено обеспечение туземной почты, и обязанность быть готовыми на собственный счет как ко внутренней, так и внешней полевой службе.

Стр. 305

Об отношении башкирцев к их участкам земли должно заметить, что 1736 г. 11 февр. обнародован указ, коим повелевалось, чтобы башкирцы, часто бунтовавшие, отдали земли свои данникам своим – мещерякам, не участвовавшим в возмущении. Но так как отыскать виновных в давних неоднократных возмущениях, и разделить необработанные и неразмежеванные участки земли было дело весьма затруднительным, но в августе 1739 г. повелено всем народам, платившим дотоле за откуп земель башкирцам, а также мещерякам, татарам, чувашам, тептерям и бобылям быть от сего платежа свободными. Тогда же повелено для избежания на будущее время споров народом сим отделиться от башкирцев и жить в свободных деревнях. Однако и сей указ не мог быть удобно применен во всех случаях столь запутанного дела. В 1742 г. он был возобновлен и хотя с прибавлением, что упомянутое лишение простирается на виновных, и что башкирцы, прибывшие верными, не лишаются права получать от мещеряков прежнюю плату за

Стр. 306

откуп, но и сие не принесло никакой пользы, дело по прежнему оставалось темным, запутанным, никто не знал своей собственности, никто не мог безопасно произнести слово мое, твое. Указ 1754 г., хотя и обеспечивал выгоды обеих сторон, но всем тем не рассек столь запутанных узлов.

В 1755 г. башкирцы вновь взволновались; им, однако, обещано было всеобщее прошение и объявлено, что они могут обратно получить свои земли. В 1761 г. для прекращения беспрерывных жалоб постановлено, что все пришельцы, поселившиеся в Оренбургской губернии должны остаться там, где кого застал указ, выезд и переселение воспрещено. Но и сие распоряжение также было действительно, как и все предшествующие ему. Бродяги, находившие у башкирцев пристанища, все больше и больше затрудняли и запутывали спорные пункты. Присутственные места наполнялись жалобами и просьбами, и не находили средств к прекращению беспорядков.

Стр. 307

В 1790 г. изданы были два указа, долженствовавшие, по- видимому, отвратить зло. В них было изъяснено: так как объявлено всеобщее прощение, то башкирские земли не должны именоваться воровскими, и мещеряки должны отказаться от своих притязаний на сии земли. Сила указа 1736 г. была уничтожена; но вместе с тем постановлено всем уже поселившимся отмерить определенное количество земли. Однако и сие размежевание не исполнилось: оно превышало средства местного начальства; прошло в молчании десять лет, в которые, жители с нетерпением ожидали размежевания; потом снова начались жалобы башкирцев на их данников и они должны были лишиться наследственного права своего, как устарелого, на спорные земли. При высочайше установленном в 1800 г. размежевания земель, некотором мещерякам и другим поселенцам была отрезана земля особняком, а большей части даны земли вместе с башкирцами. Первые живут мирно, а последние – в беспрерывной распре. Башкирцы за всем тем продолжали отдавать на откуп и даже продавать свои значи-

Стр. 308

тельные участки земель, часто по большому их количеству, часто из страха, даже частным лицам; но, собственно, никто из них не знал, что кому принадлежит, и снова рождались ссоры. При сих продажах происходили разного рода злоупотребления, как со стороны покупателей, так и со стороны продавцов. Некоторые башкирцы отдавали прекраснейшие земли свои за бесценок, почему правительство в 1818 г. воспретило им продажу земель, дозволив только отдавать на откуп. Но сие немало не помогло; башкирцы не зная ничему настоящей цены, участки свои отдали за ничто в кортому на продолжительное время (99 лет). Столь многие и частые беспорядки были причиной указа 1832 года 10 апреля, по коему продажи и отдача на откуп земель башкирских опять дозволена, но только за свидетельствование военного губернатора, так что теперь хитростно или злоупотребляемо ни один клочок земли не может быть отчужден: ибо при каждой передаче земель, покупкой и отдачей

Стр. 309

на откуп должны быть соблюдаемы установленные правила. Сим же указом ограждены права собственности разных владельцев: башкирцев, мещеряков и т.д., а также равноопределено наделение землями разных переселенцев, пришедших в Оренбургскую губернию.

По показанию Рычкова в 1754 году считалось башкирцев 106 176 душ.

Ныне в 12 кантонах можно полагать:

Служащих – 72 821

Отставных – 24 140

Несовершеннолетних - 84 134

Духовного звания – 2 295.

И так вообще 185 390 душ мужского пола. Сюда не включены мещеряки и два регулярных полка – тептеряков, также башкирцы, переселившиеся в Саратовскую губернию.

О настоящем управлении башкирцев главное уже сказано. Они не платили никакой подати, обязаны иметь попечение об исправном ходе почты и содержании кордонов на линии, и по востребованию соглашаться на военную службу.

Стр. 310

Башкирец способен к службе с 17 до 45 лет. Очередь отправлению полугодовой службы доходит каждому через 6 или 7 лет. Внешняя служба зависит от войны или мира и других обстоятельств. Башкирцы пермских кантонов отправляют только этапную службу; но из других даже и отдаленных кантонов ходят за 500 верст и более на линии, где они от 16 мая до 16 ноября живут частью бивуаками, частью в землянках; в продолжение сего времени они получают по рублю в месяц. Строгая, неослабная, пограничная стража только летом и необходима; зимою же от кочующих киргизов безопасно, хотя вся линия с половины ноября до половины мая остается совершенно открытой. Вообще в народе сем, крепком и ко всему способном, имеют весьма несправедливое мнение; - надобно с ними прожить лето в поле, чтобы узнать их. Кража лошадей составляет их страсть, коей они весьма часто предаются. Обыкновенная клятва перед Кураном у них менее значительна, чем у других магометан; но зато клятва на

Стр. 311

могиле родителей, даваемая у них, весьма уважается.

Башкирцы хорошие наездники, посредственные воины; лучше же из сих последних те, кои живут от 6 до 9 кантона, также и на линии, непримиримые враги соседей своих – киргиз – казаков, коих они превосходят и мужеством, и силою. Луки их не так хороши, как у кавказских народов, с того времени, как они перестали разбойничать в степях, число отличных стрелков и вообще удальцов между ними значительно уменьшилось; 40 шагов есть среднее расстояние для верного выстрела. В сражении башкирец передвигает колчан со спины на грудь, берет две стрелы в зубы, а другие две – кладет на лук и пускает мгновенно одну за другою; при нападении крепко нагибается к лошади и с пронзительным криком, раскрытою грудью и засученными рукавами смело кидается на врага, и, пустивши четыре стрелы, колет пикою. Башкирских лошадей хвалят; они малорослы, но сильны и сносны, впрочем, уступают казацким и калмыцким. Башкирцы живут

Стр. 312

скотоводством, а некоторые и землю возделывают. Зиму проводят они в деревнях, в довольно опрятных избах; летом же деревни пустеют и все от мала до велика живут в поле со своей скотиною и кочуют в кибитках. Все отдыхают и оживляются. Кумыс и крут (как камень высущенный сыр) составляют их главнейшую пищу. Башкирец, когда отправляется на службу, берет с собой запас крута; жует его и пьет, растворивши в воде, и таким образом питаясь, живет долгое время вовсе без хлеба. Некоторые занимаются охотою; дичи там несметное количество.

Обычаи их большей частью татарские, исключая одежды женщин, которая финская, а не татарская или монгольская. Главное духовное лицо имеет пребывание в Уфе. Теперь башкирцы не имеют собственного предводителя.

Уже около ста лет совершенно подвластны России. По все земле их можно путешествовать столь же безопасно, как по большому московскому шоссе.

Они обходительны, ласковы, услужливы. Участки земель башкирцев около уральских гор лежащие

Стр. 313

обратили ныне на себя всеобщее внимание по причине богатейших золотых руд, находящихся в восточной отрасли сих гор. Указом 1732 года сокровища сии признаны собственностью башкирцев; с тех пор почти все участки взяты частными людями на откуп, для отыскания золотых руд, и хотя и доселе встречаются большие затруднения, но можно надеяться, что препятствия сии устранятся и разработка начнется. Десятую часть дохода откупщики обязаны вносить в казну и почти столько же владельцам земли.



Материалы подготовлены к публикации при поддержке гранта РГНФ 13-14-59010 «Формирование уральского дискурса в российской периодике XIX века»

вернуться в каталог